Актуальность. В настоящее время отмечается неуклонный рост заболеваемости желчнокаменной болезнью (ЖКБ), что приводит к удвоению количества больных за каждые последующие десять лет, охватывая наиболее работоспособную часть населения. Лапароскопическая холецистэктомия быстро стала «золотым стандартом» лечения больных, страдающих ЖКБ. Одним из путей снижения травматичности операционного доступа является уменьшение диаметра лапароскопических инструментов – минилапароскопии. Материалы и методы. В клинике хирургических болезней педиатрического и стоматологического факультетов ВолгГМУ выполнено 60 комбинированных минилапароскопических холецистэктомий (КМЛХЭ). Мы придерживаемся термина «комбинированная минилапароскопическая холецистэктомия» в связи с необходимостью трансумбиликальной установки 11 мм порта для эвакуации желчного пузыря из брюшной полости, а также клипирования и пересечения пузырной артерии и протока 10 мм клип-аппликатором. Нами были использованы минилапароскопические инструменты фирмы «GIMMI» (2,9 мм) и «Karl Storz» (3,5 мм). Из 60 пациентов, перенесших комбинированную минилапароскопическую холецистэктомию, в 4 (6,7%) ситуациях операция была сочетана: с минилапароскопическим адгезиолизисом – 3 (5%), с аллогерниопластикой по поводу послеоперационной вентральной грыжи после нижнесрединной лапаротомии – 1 (1,7%) наблюдение. Острый (ОКХ) и хронический калькулезный холецистит (ХКХ) диагностирован соответственно у 19 (31,7%) и у 41 (68,3%) пациентов. Считаем, что выполнение операций при деструктивных формах калькулезного холецистита по технологии КМЛХЭ нерационально из-за конструктивных особенностей инструментов и необходимости дренировать брюшную полость. Выраженность болевого синдрома в раннем послеоперационном периоде (через 24 часа) оценивали путем изучения интенсивности боли по трем шкалам: вербальной рейтинговой шкале (ВРШ), цифровой рейтинговой шкале (ЦРШ), визуальной аналоговой шкале (ВАШ). Пациенты анкетировались через 24 часа после операции. Все полученные в ходе опроса результаты переводились в балльную форму исчисления по формулам разработчиков. Результаты и обсуждение. Средняя продолжительность КМЛХЭ при выполнении операции по поводу ОКХ и ХКХ составила: 65,0±4,2 и 58,7±4,1 минуты соответственно. Средний послеоперационный койко-день после КМЛХЭ у больных с ОКХ и ХКХ – 4,1±0,4 и 3,6±0,6 соответственно. Интенсивность болевого синдрома через 24 часа после операции составила: при ХКХ: по шкале ВРШ – слабая; по шкале ВАШ – 2,8±0,3 балла; по шкале ЦРШ – 3,1±0,4 балла; при ОКХ: по шкале ВРШ – слабая; по шкале ВАШ – 4,0±0,6 балла; по шкале ЦРШ – 4,2±0,6 балла. Отмечено 3 (5%) осложнения: у 1 пациента перед КМЛХЭ во время минилапароскопического адгезиолизиса множественных висцеро-париетальных спаек возник пневмоторакс вследствие повреждения правого реберно-диафрагмального синуса, что потребовало дренирования плевральной полости по Бюлау. Послеоперационный период протекал гладко. Пациент выписан с выздоровлением через 7 дней. При контрольном обследовании ещё 1 пациента было установлено, что спустя 7 дней после КМЛХЭ, в условиях ЦРБ произошло произвольное вскрытие нагноившейся гематомы подпечёночного пространства в брюшную полость. Развившееся состояние было купировано консервативными мероприятиями. У 1 больной был пристеночно клипирован гепатикохоледох, что через 10 суток потребовало лапаротомии, снятия клипсы, дренирования холедоха по Керу. Послеоперационный период протекал удовлетворительно. Исход госпитализации – выздоровление. Выводы: минимизация хирургической травмы при выполнении КМЛХЭ достигается за счёт использования лапароскопического инструментария наименьшего диаметра. Данная технология обеспечивает необходимый уровень безопасности и позволяет рекомендовать ее применение у пациентов, страдающих ЖКБ, при отсутствии признаков деструкции желчного пузыря. Сведения об авторах: Михин И.В., Волгоградский государственный медицинский университет Доронин Максим Борисович, e-mail: maxdor2009@yandex.ru Косивцов О.А., Волгоградский государственный медицинский университет Абрамян Е.И., Волгоградский государственный медицинский университет Рясков О.А., Волгоградский государственный медицинский университет