В позднем творчестве Гоголя, особенно в так называемом «петербургском цикле» и повести «Вий», страх заметно меняется. Если в «Вие» он ещё связан с фольклором, демонами и сверхъестественным, то в петербургских повестях он становится гораздо глубже и тревожнее — почти экзистенциальным. Здесь уже пугают не чудовища, а сама жизнь: абсурдная, холодная, лишённая смысла.