В настоящее время схема ВЕАСОРР-14 получила широкое распространение главным образом благодаря клинической эффективности в сочетании с низкими суммарными дозами химиопрепаратов. Тем не менее в литературных источниках нет данных, оценивающих влияние указанной схемы на фертильность подростков и молодых мужчин. Известно, что возникшее в результате терапии аналогичными схемами бесплодие у большинства пациентов оказывается длительным или необратимым. Учитывая возраст пациентов, вопросы сохранения фертильности в указанной группе имеют особое значение. Целью исследования стала оценка гонадотоксичности схемы ВЕАСОРР-14 у подростков и молодых мужчин. Обследовано 30 пациентов в возрасте 18-35 лет с доказанной фертильностью; 12 (40 %) из 30 больных обследованы до и после лечения, 8 (29 %) — в динамике. Лабораторный анализ включал оценку эякулята согласно рекомендациям ВОЗ, а также оценку уровня половых гормонов (ФСГ, ЛГ, Тс). После окончания лечения азооспермия наблюдалась у 13 (43 %) больных, восстановление сперматогенеза — у 17 (57 %). Среди пациентов с восстановившимся сперматогенезом у большинства выявлены дисспермии. Раннее восстановление сперматогенеза (< 30 дней) отмечено у 4 больных. Медина продолжительности азооспермии составила 22 мес. Отклонения от референсных значений половых гормонов наблюдались у 23 (79 %) пациентов, снижение тестостерона — у 11 (38 %). От 3 излеченных пациентов через 8, 14 и 18 мес. после лечения рождено три здоровых ребенка. Одна произвольно прерванная беременность возникла во время химиотерапии. Из 30 обследованных пациентов 18 (60 %) не состоят в браке и не имеют рожденных детей, у 10 (56 %) из них выявлена азооспермия. После лечения 14 (47 %) больным требовалось наблюдение у врача-эндокринолога или андролога. Выводы. Всем мужчинам репродуктивного возраста до начала противоопухолевой химиотерапии необходимо выполнить криоконсервацию спермы в жидком азоте. Излеченным пациентам показано обследование у андролога или эндокринолога.

The B-14 protocol is one of the latest cure strategies in advanced stages of HL. There is no medical information on В-14 and gonadal toxicity in young males. Aim: To evaluate the frequency of sperm disorders and infertility, to measure sex hormone concentrations (LH, FSH, Ts) as well as the number of patients who succeeded in achieving fatherhood. Results: After treatment azoospermia was observed in 13 patients (43 %), restoration of spermatogenesis (Sp) in 17 (57 %). The majority with recovered Sp patients have disspermia. Early recovery of Sp (less than 30 days) stated in 4 pts. Median duration of azoospermia is 22 months. Deviations from the reference values of sex hormones observed in 23 pts (79 %). Reduction of testosterone detected in 11 pts (38 %). From 3 treated patients after 8, 14 and 18 months after treatment three healthy children were born. One pregnancy occurred during chemotherapy randomly interrupted. Of the 30 pts studied, 18 men (60 %) were unmarried and had no children, in 10 of whom (56 %) azoospermia has been revealed. After treatment, 14 pts (47 %) needed to be consulted by a doctor or an endocrinologist andrologist. Conclusions: All the men of reproductive age before the beginning of chemotherapy need sperm cryopreservation. Cured patients should be examined by an endocrinologist or andrologist.