Мельников Андрей Александрович, доктор биологических наук, профессор, и.о. заведующего кафедрой физиологии, Российский государственный университет физической культуры, спорта, молодёжи и туризма (ГЦОЛИФК). Россия, 105122, Москва, Сиреневый бульвар, д. 4. Смирнова Полина Александровна, аспирант кафедры медико-биологических основ спорта, Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д. Ушинского. Россия, 150000, Ярославль, ул. Республиканская, д. 108/1. Николаев Роман Юрьевич, кандидат биологических наук, кафедра физической культуры, Ярославский государственный медицинский университет. Россия, 150000, Ярославль, ул. Революционная, д. 5. Федоров Антон Михайлович, старший преподаватель кафедры теоретических основ физической культуры, спорта и здоровья, Череповецкий государственный университет. Россия, 162600, Череповец, пр. Луначарского, д. 5. Andrey A. Melnikov, Doctor of Biological Sciences, Professor, Acting Head of the Department of Physiology, Russian State University of Physical Education, Sport, Youth and Tourism, Moscow, Russia. Polina A. Smirnova, Postgraduate student, Department of Medical and Biological Foundations of Sport, Yaroslavl State Pedagogical University named after K. D. Ushinsky, Yaroslavl, Russia. Roman Yu. Nikolaev, Candidate of Biological Sciences, Department of Physical Education, Yaroslavl State Medical University, Yaroslavl, Russia. Anton M. Fedorov, Senior lecturer, Department of the Theoretical Foundations of Physical Education, Sport and Health, Cherepovets State University, Cherepovets, Russia. Цель исследования: определить взаимосвязи между показателями постурального равновесия, определёнными в тестах разной сложности стояния, у здоровых испытуемых. Материалы и методы. Показатели моноопорного равновесия позы у молодых здоровых девушек (18–21 год, n = 80) определялись в трёх тестах возрастающей сложности: 1) стойка на неподвижной стабилоплатформе (Neurocor Trast-M, Москва) с открытыми (ОГ, 40 с) и закрытыми (ЗГ, 40 с) глазами; 2) стойка на подвижной низкой (Н10 см) платформе «пресс-папье» с ОГ (40 с) и ЗГ (40 с); 3) стойка на высокой (Н30 см) платформе «пресс-папье» с ЗГ до потери равновесия. Скоростно-силовые способности постуральных мышц определяли в функциональных тестах прыжок в длину с места, бег 12 м. Результаты. Стабилографические показатели равновесия на неподвижной платформе (легкие условия) и низком пресс-папье (средняя сложность) были взаимосвязаны с умеренной силой (r = 0,42–0,76; р < 0,01), а скоростно-силовые способности не коррелировали с динамической устойчивостью позы на низком пресс-папье. Корреляции времени равновесия на высоком пресс-папье (сложные условия стояния) с показателями антропометрии, скоростно-силовых способностей и равновесия на неподвижной стабилоплатформе отсутствовали и были слабыми с постуральной устойчивостью на низком пресс-папье (r = 0,29–0,41; р < 0,05). Заключение. Устойчивость позы в простых условиях стояния не может достоверно предсказать максимальную способность к равновесию позы в сложных условиях стояния. Для практических целей диагностики постурального равновесия у молодых, физически активных испытуемых необходимо использовать более сложные условия тестирования баланса позы. Aim. The paper aims to identify the relationship between postural balance measurements during different standing balance tests in healthy subjects. Materials and methods. Young healthy female subjects (18–21 years old, n = 80) participated in three single-leg balance tests of different complexity: 1) standing balance test on a motionless force platform (Neurocor Trast-M, Moscow) with eyes open (OE, 40 s) and closed (CE, 40 s); 2) standing balance test on a moving platform (H10 cm) with OE (40 s) and CE (40 s); 3) standing balance test on a high (H30 cm) platform with CE until balance loss. Speed-strength abilities of postural muscles were measured in the following functional tests: standing long jump, 12 m run. Results. Force platform measurements on the motionless (easy test) and moving (medium difficulty) platforms were associated with moderate strength (r = 0,42–0,76; p < 0.01). Speed-strength abilities did not correlate with dynamic postural balance on the moving platform. There were no correlations of balance time on the high platform (difficult test) with anthropometric factors, speed-strength abilities, and dynamic balance on the motionless platform. Correlations of balance time on the high platform were weak with postural balance measurements on the moving platform (r = 0.29–0.41; p < 0.05). Conclusion. Postural balance measurements obtained in the simple standing balance test cannot reliably predict the maximum balance abilities under difficult conditions. Therefore, it is necessary to use more complex conditions for postural balance measurements.