В статье рассматриваются дискурсы ментального картографирования в России второй половины XIX в. В фокусе внимания находятся сообщения российских железнодорожных пассажиров, которые записали свои впечатления от преодоленных территории в соответствующих текстах. Конкретное исследование основано на дорожных записках о железнодорожных путешествиях в восточную часть империи по Транссибирской железной дороге. В статье тщательно исследуется широкое распространение предположение, что строительство и использование железных дорог в XIX в. внесло значительный вклад в интеграцию национальных государств и империй в смысле их «территориализации» (Чарльз Майер). На примере Российской империи в ней констатируется, что строительство и использование новых транспортных средств имело как интегрирующие, так и дезинтегрирующие эффекты для репрезентации имперского пространства на ментальных картах российских путешественников. Пространственное опыт использования целостной транспортной системы вызвал, с одной стороны, представление о России как о большом, неделимом целом. В то же время железная дорога создана совершенно новые возможности для того, чтобы лично ощутить культурные границы в рамках мультиэтнической империи. Это порождало не только гордость за территориальное величие Российской империи, но и тенденции к отчуждению и опасениям в отношении «Чужого» в своей собственной стране. The paper deals with discourses of mental mapping in Russia in the second half of the 19th century. The focus is on reports of Russian railway passengers who wrote down their impressions of the travelled territory in corresponding texts. The case study is based on travelogues documenting train journeys to the Eastern part of the Empire on the Transiberian railroad. The article scrutinizes the wide spread assumption that the construction and use of railroads in the 19th century contributed significantly to the integration of nation-states and empires in the sense of their “territorialisation” (Charles Maier). Using the example of the Russian Empire, it argues that the construction and use of the new means of transportation had both integrative and dis-intergrative effects in terms of the representation of the imperial space on the mental maps of Russian travellers. The spatial experience of an integrated transportation system evoked on the one side notions of Russia as a large, indivisible whole. At the same time the railroad created completely new opportunities to personally experience the cultural frontiers within the multi-ethnic Empire. This promoted both the pride felt in the size of the Russian Empire but also tendencies of estrangement and fears about the “Other” in one’s own country. Шенк Фритьеф Беньямин, профессор восточно-европейской истории, Базельский университет, автор более 70 публикаций об истории памяти и концепциях коллективной идентичности в Центральной и Восточной Европе, истории пространства и коммуникаций, истории инфраструктуры, ментальном картографировании и исторических регионах Европы, сравнительной истории империй, истории политического насилия. E-mail: benjamin.schenk-at-unibas.ch. F. B. Schenk, Universitaet Basel, Confoederatio Helvetica, benjaminschenk-at-unibas.ch