Статья посвящена анализу методологических принципов С. С. Аверинцева в контексте методологии Тартуско-Московской семиотической школы. В работе впервые учитываются два не сталкивавшихся до этого в научной литературе взгляда на соотношение методологии Аверинцева и отечественных структуралистов. Согласно первой точке зрения в своей монографии «Поэтика ранневизантийской литературы» Аверинцев опирался на исследовательские методы, которые находятся за рамками методологии Тартуско-Московской семиотической школы или же противостоят ей. Согласно второй точке зрения труд «Поэтика ранневизантийской литературы» представляет собой закономерное развитие, «преодоление» или «зрелое» воплощение структуралистских методов. На материале нескольких программных статей Аверинцева и участников Тартуско-Московской семиотической школы прослеживаются общие и различные черты в их теоретических положениях относительно знака и символа. Делается вывод о том, что для Аверинцева центральной семиотической единицей являлся символ, а для структуралистов — знак. Выдвигается предположение о том, что это различие обусловлено тем, что Аверинцев примыкал к семиотике Ч. С. Пирса, в то время как Тартуско-Московская семиотическая школа, по заявлению ее же участников, следовала семиотике Ф. де Соссюра. В ходе последовательного анализа всех глав «Поэтики ранневизантийской литературы» сопоставляются представления Аверинцева и Тартуско- Московской семиотической школы о культуре, а также выявляются общие и различные черты в их подходе к анализу литературы. Выдвигается предположение о развитии Аверинцевым структурно-семиотических методов в рамках общего движения культурологии и литературоведения от структурализма к постструктурализму. Различия в подходе ученого и Тартуско-Московской семиотической школы к анализу литературы обосновываются исследовательским интересом Аверинцева к немецкой философии и филологии, который лег впоследствии в основу разработанной им вместе с А. В. Михайловым и М. Л. Гаспаровым исторической поэтики.