
В статье исследуются особенности формирования идентичности населения российско-украинского пограничья. Подчеркивается, что распад Советского Союза привел не только к появлению на политической карте мира новых государств, а и запустил процесс формирования нового пограничья. Отмечается всплеск интереса и в отечественной, и в зарубежной научной среде относительно вопросов, связанных с «пограничными исследованиями». Авторы акцентируют внимание на том, что данная проблематика в свете современных реинтеграционных процессов регионов пост-Украины требует научной рефлексии. Методологической основой исследования стала концепция лиминальности, а также сравнительный метод, позволивший выявить специфику формирования идентичности европейского трансграничного региона Эльзас-Лотарингия в сопоставлении с особенностями становления идентичности на российско-украинском пограничье. В статье обращается внимание, что совместное историческое и политическое прошлое новых государств обусловливает трудности делимитации и демаркации границы, так как на уровне российского и украинского общества присутствует, особенно первоначально, явно выраженный высокий уровень связанности. Подчеркивается, что со временем украинская граница наделяется особым символическим смыслом защиты от «опасной открытости с Востока» - России и становится секьюритизированной. Авторы приводят пример трансграничного европейского региона Эльзас и Лотарингия, который ранее характеризовался высоким уровнем конфликтности, трагедией разделенных семей, вынужденной миграцией и иными проблемными полями, а сегодня – являют собой отдельный уникальный мир с чрезвычайно сложной гибридной идентичностью, сохраняющей культурную и историческую уникальность франко-германской границы. Авторы, подчеркивая, что официальные государственные границы не всегда тождественны границам социокультурным, приходят к выводу, что возможным решением данной проблемы могло бы стать формирование гибридной (лиминальной) идентичности в условиях трансграничного региона на российско-украинском пограничье.
трансграничный регион, демаркация, постсоветское пространство, B1-5802, новые границы, Political theory, социокультурное пространство, российско-украинское пограничье, барьерная/контактная функция границы, гибридная (лиминальная) идентичность, региональная идентичность, Philosophy (General), JC11-607, делимитация
трансграничный регион, демаркация, постсоветское пространство, B1-5802, новые границы, Political theory, социокультурное пространство, российско-украинское пограничье, барьерная/контактная функция границы, гибридная (лиминальная) идентичность, региональная идентичность, Philosophy (General), JC11-607, делимитация
| selected citations These citations are derived from selected sources. This is an alternative to the "Influence" indicator, which also reflects the overall/total impact of an article in the research community at large, based on the underlying citation network (diachronically). | 0 | |
| popularity This indicator reflects the "current" impact/attention (the "hype") of an article in the research community at large, based on the underlying citation network. | Average | |
| influence This indicator reflects the overall/total impact of an article in the research community at large, based on the underlying citation network (diachronically). | Average | |
| impulse This indicator reflects the initial momentum of an article directly after its publication, based on the underlying citation network. | Average |
